Ну наконец то лето. Вчера мы с женой проводили отпрыска в лагерь. Вечером на вокзале сдали вожатым, помахали ручкой уходящему поезду и по дороге домой осознали, наконец то, больше чем на 3 недели мы одни.
Я вернулся домой не поздно. Открыв дверь своим ключом, я услышал бодрую музыку из комнаты. Сын был на каникулах, и в комнате обосновалась жена для проведения своих занятий по фитнесу.
Юлия Андреевна, женщина в самом соку и расцвете своем женском сорока пяти или около того лет со своим мужем Алексеем, высоким интересным брюнетом, на год ее старше, ехали на своей «шестерке» на отдых в Коктебель, куда много лет уже ездят на «дикий» нудистский отдых, что обоим исключительно по
Это был длинный пустынный участок шоссе, мили и мили пустоты. Сьюзен съехала с межштатной автомагистрали, за бензином. Заправочная станция была прямо у съезда, и знак указывал на город, но больше ничего не было видно. Она подъехала к насосам и вышла.
Мы с женой оба из очень строгих семей с Сев. Кавказа и оба очень строго придерживаемся всех законовправил нашей религии. Не пьем, не курим, друг другу не изменяем. Когда я на ней женился, жена еще был девственницей. Но
Я кисло улыбнулся. Я понимал, что надо проявить твёрдость характера и сказать «Нет!», но слова застряли у меня в горле, как вареный картофель. Я бестолково упустил шанс. Профукал и прозевал.
Эта история длилась на протяжении лет 20. С момента первого знакомства с новым соседом, а точнее с мужем моей соседки-подруги Светы и до момента, когда мы с ним начали встречаться. Олег, старше меня лет на 10, высокий голубоглазый блондин, слегка полноват и сурового вида на первый взгляд.
Когда я вышла из квартиры Ибрагима, я только сообразила что нехорошо поступила одновременно и со своим мужем и со своей лучшей подругой Верой. Я замужем уже довольно долго и моя дружба с Верой началась много лет назад. Мы друг от друга ничего не скрывали и между нами не было секретов.
Второе дыхание нашей семьи. Тесть умер год назад. Умирал долго и и мучительно. После его смерти я не мог узнать Наташу, свою тёщу, так сильно она изменилась. Теперь же, жизнь продолжала журчать ручейком и время постепенно залечило раны.