На мой 25-ый день рождения, мне как никогда захотелось понтануться перед своими родными. Я пригласила всех в шикарные апартаменты, заказала шикарный фуршет с официантами, и диджея, который крутил бы музыку до самого утра. Наверное и правда хотелось очень сильно всех удивить.
Голос Алины, низкий, с лёгкой хрипотцой, звучит прямо в микрофон, пока камера крупным планом снимает, как её пальцы медленно натягивают чёрный шёлковый чулок Знаешь, что отличает профессионала от любителя? Осознание того, что продаётся не тело. Тела — они у всех есть. Продаётся… момент. Доверие. И
В этот вечер я сидел перед аквариумом и дремал. Цветные рыбки неспешно и лениво передвигались между водорослей навевая зевоту. Из сонного состояния меня вывел резкий звонок в дверь, я встрепенулся и пошел открывать. — Привет Юрок! Я с Ленкой мимо ехал, решили вас навестить.
Что случается с голыми кисками в разгар рабочего дня, когда шеф не в настроении и орет на них? Они прямо кончают на свое тонкое белье, они смазывают его толстым слоем светлых сладко пахнущих выделений.
Порог был не просто линией на полу. Он был мембраной, разделявшей два мира. С одной стороны сырая питерская ночь, привычное одиночество, запах асфальта и усталость от бесконечных отчетов, которые крутились у меня в голове даже сейчас.
Светлая, не большая комната, в которой меня закрыл мой парень, очень напрягала. Там было одно окно, зашторенное шторой, одноместная кровать, и ковер. Он все время, перед этим напрягал меня сексом, а мне не хотелось. Все потому, что я была девственницей.
Этот вечер с самого начала был какой-то неправильный. Воздух в нашей не самой просторной двухкомнатной хрущёвке был каким-то тяжёлым, будто перед грозой, хотя на улице стояла обычная душная московская осень.
Мы с Саней вошли и стали аккуратно пробираться в темноте. Ольга глубоко спала. Протолкнув приятеля к окну и убедившись, что он присел за диван, я повернулся к жене. Она лежала на боку, лицом ко мне. Ей было жарко, и одну ногу она высунула из-под пододеяльника.
Прилетев домой в свой город, первые пару недель я ходил на работу как сам не свой. Все спрашивали у меня что случилось, и почему я так быстро изменился. А я думал о той, которая подарила мне одну ночь, и желал с ней встречи. Она была русской, жила где-то здесь, но где?
Тот вечер был таким же, как и сотни других. Десять часов непрерывной езды по раскалённому асфальту Москвы, пропахшей бензином и пылью. Я, Мишаня, тридцать четыре года, бывший инженер, а ныне — водитель такси с пятилетним стажем, уже почти разучился удивляться чему-либо.