Жара стояла такая, что даже мухи на подоконнике барского дома ленились жужжать. Воздух над усадьбой дрожал. Емельян Петрович, развалясь в кресле у открытого окна, чувствовал, как потная рубашка липнет к спине. Тоска зеленая одолевала барина.
Сегодня было пять лет нашей с Вадимом свадьбы. Знаковое событие, которое необходимо было отметить, отметиться в сторисах социальных сетей, для подружек и обожателей, показать, что я тоже умею развлекаться и отдыхать. Естественно празднование выпало на рабочий день.
Всё начиналось достаточно весело, легко и игриво. Не невинно, но игриво. У приятелей Андрея, моего мужа, в течение многих лет происходили раз в месяц встречи друзей и однокурсников, но с одной фишкой — без жён и подруг.
Моя лучшая подруга всегда была очень красивой и сексуальной девушкой. Я не смел смотреть на неё как на желанный десерт, но иногда, у меня сносило крышу. Парни, которые ей звонили сводили меня с ума. Я жутко ревновал и внутри меня происходил ураган эмоций, слушая то, о чем они говорят по ночам.
Всё началось с полуночного разговора, с вина и с той откровенности, которая приходит, когда все социальные маски уже сняты. Мы лежали в постели, и она, задумчиво водя пальцами по моей груди, сказала «А представь, если бы… другой мужчина?» Не как измена. Как спектакль. Для нас.
Дома было так грустно, что Новый год казался мне самым большим разочарованием в жизни. Смотря в окно я видела и слышала голоса моих знакомых, которые пили шампанское и готовились слушать бой курантов, а потом запускать салюты. Мне было за них радостно, вот только меня никто не приглашал.
Ты можешь убирать грязные тарелки в раковину или нет? Какая разница, где они стоят в раковине или рядом? Большая! Я миллион раз говорила тебе «Убирай тарелку в раковину»! Я больше так не могу! во всё горло кричала Алёна на своего мужа, стоя у раковины. Он же
Было время, когда я познакомилась с парнем. С парнем, который создал наш мир. Он был нежен, внимателен, говорил со мной, мечтал. Слушая его голос, у меня всегда возникало желание ощутить его тепло, услышать дыхание, и дотронуться до его тела. Наши разговоры были долгими, но редкими.
Солнце пекло немилосердно, воздух над полем дрожал от зноя, густо пахло пыльцой, травой и потом. Стояла та самая мертвая тишина полдня, когда даже птицы умолкали, нарушаемая лишь мерным, сонным стрекотом кузнечиков да звонким вж-ж-ж кос, которыми мужики ровняли высокие заросли тимофеевки.
Пишу, наверное, чтобы выговориться. Хочется с кем-то поделиться, но, только кому такое можно рассказать, не знаю. Я всё-таки почти 30 лет замужем, я в возрасте, старой, как говориться, закалки и твёрдых принципов. Я всегда была верна супругу и никогда не изменяла ему. До этого момента.