Она стояла у плиты такая сексуально-возбужденная. На её теле был красивый черный лифчик, кружева, бантики. Спереди, полу-открытый черный фартук. Наверное она его очень сильно любила, так как надевала каждый раз, когда становилась к плите.
На время своего отсутствия Майкл, в числе прочего, попросил меня привести в порядок бассейн на заднем дворе дома, так как в это вопросе я разбираюсь в этот раз Аманда встретила меня вежливо, помня о порке.
Вечер пятницы растворился в квартире. Из колонки лился томный саксофон, заполняя собой каждый уголок. Они лежали на диване, под одним большим, потертым пледом. Маша в его футболке, старой, мягкой, пахнущей им и стиральным порошком. Костя в трениках. Их бокалы, почти пустые, стояли на полу. Е
Всю неделю после тех выходных я не мог выкинуть Аню из головы. На работе мог сидеть за столом, уставившись в экран, но перед глазами вставали воспоминания о её вкусе на языке, о том, как она дрожала под моими пальцами.
Не знаю как другие девушки, а я всегда хотела себе большую грудь. Как жаль, что природа меня ею не наградила. Мои прыщики нулевого размера ни в какую не хотят расти сами, в мои-то уже 24 года.
Отводя волосы за плечо, я ненароком провожу пальцами по своей шее, задеваю ключицы, и тёплая волна воспоминаний, желания и удовольствия пробегает по телу.
Случай из жизни. Наверняка у каждого из вас есть такая знакомая супружеская пара. Ни чего особенного из себя не представляющая. Как говориться средне статистическая. Живут в двушке. Двое отпрысков. Мужу за 40, жене под 40. Работа, дом. Иногда пьянка с такими же как они друзьями. Пьяные разговоры.
Мне кажется, по-настоящему я захотел свою жену только после того, как мы развелись. Нет, не думайте, что в браке секс был так себе — наоборот, это было единственное, что всегда работало на ура.
Попав на операционный стол с аппендицитом, самой банальной причиной полета в больницу, я еще стал и самым сексуальным больным этого заведения, в месяце апреле. После операции, меня положили в отдельную палату. Вставать и ходить в туалет было очень тяжело, поэтому мне назначили медсестру.
Холодный ветер гнал по улицам серый колючий снег, который тут же таял в грязи под колесами машин. Город жил своей суровой, нефтяной жизнью. Он не был красивым, но был крепким, как кулак. Здесь хорошо зарабатывали те, кто не боялся долгих месяцев на северах, вдали от дома, в бесконечных вахтах.