Я не могу оторвать взгляд от ее прекрасных карих глаз, я не могу не любить их, и не могу не любить чертенка сидящего за ними, моего чертенка. Идя по вестибюлю, я мягко глажу ее талию, как же она горяча, или это мои руки так похолодели?
Я встал на колени и медленно ввел в нее член. Она вновь ахнула. — Трахни меня! Шлепни меня по заднице! Давай! — прокричала она. Я начал с силой трахать ее в вагину так, что по комнате раздавались шлепки. Через несколько минут я шлепнул ее по ягодице и проорал — Да! Моя Непослушная шлюшка!
Мне было больно, но эта боль была приятная и заставляла меня возбуждаться с новой силой. Удары покрывали мои ягодицы, попадали по киске и заставляли меня стонать от удовольствия, смешанного со стыдом.
Хочу тебя, — шепчу я. Он резко переворачивает меня и целует в шею, закусывая кожу. Ставит засос? Наконец-то! Да, мне очень нравятся засосы. Их приятно ставят. Мурашки по всему телу. Доказательство, что ты принадлежишь мужчине. Данил не медлит и пытается войти в меня. Мне больно. О
Говорят, что все медсестры шлюхи. Не знаю, как все, но вот я — да. Самый незабываемый секс был у меня на работе. Мне было 24 и я работала в маленьком ургентном отделении. Для тех, кто не знает что такой ургентный, расскажу. Это значит срочный.
Ричард и Марико вылетели из лифта и помчались через холл. — Давай быстрее! — хихикнула Марико, закидывая белую длинную фату за спину, в то время как Ричард копался с картой-ключом. — Ненавижу все эти штучки, — сказал Ричард.
Однажды мы с подругой решили обновить гардероб. Так как одеваться в магазинах нам не по карману, наш путь лежал на рынок. Мы долго ходили по рядам. Моя подруга то и дело что-то примеряла. Она пыталась подобрать себе джинсы.
В рассказе есть кое-какие изменения, чтобы запутать тех, кто попробует сопоставить факты. По сравнению с прежними моими автобиографическими рассказами таких изменений больше. В ванной комнате я раздеваюсь, благо места всю одежду развесить, хватает.
Господи, как же холодно — скукожившись, и поплотней укутавшись в и без того теплое пальто, думала я, перебежками от лужи до лужи, добираясь домой. Обжигающе-ледяное дыхание осени докрасна разукрасило мои щеки, так и норовя отморозить заодно и нос.
США, штат Коннектикут. Меня зовут Томас Б. Мне уже за 50. Отросток мой — небольшой, у меня — лысина, и кожа там белая, как китайский фарфор. В общем, мне не светит заполучить девушку по доброй воле. Поэтому я решил стать насильником.