Два года назад во время скроллинга по реддиту привлекло сообщение в паблике. «Я голодаю». Два слова, написанные без эмоциональных смайлов. Он открыл ожидая увидеть очередной пост со слезливой историей и просьбой денег.
С тех пор, как мы стали жить вместе, Лиза преуспела в продвижении на пути превращения меня в своего раба. Мы начали посещать некоторые SM клубы вместе с ее подругами. При этом мы там были не в качестве простых зевак, понятно? А что же дома?
Я всегда думала, что работа секретаршей у такого босса, как мистер Харрис, это сплошная рутина кофе, отчеты, звонки.
Ковер в гостиной был таким же, как и я сминаемым, безмолвным свидетелем. Я сидел в кресле, и кожаный подлокотник был холодным даже сквозь хлопок пижамных штанов. Он вошел в наш дом, как будто всегда здесь был. Не какой-то там мачо из порно, нет.
Мы с тобой коллеги и работаем в одном офисе. По деятельности почти не пересекаемся, так как у каждого разный спектр услуг. Обычный рабочий день. Оперативка. И ты своими идеями срываешь все мои планы, выставляешь в невыгодном свете перед боссом.
Она гуляла по парку, просто дышала воздухом… Ветерок бегал по ее коже, приятна лаская и щекоча. Ее легкое платье порхало, обнажая упругие бедра с нежным загаром. Допив баночку холодной пепси, она стала осматриваться в поисках мусорной урны. Урна оказалась примерна в ста метрах дальше по алее.
Один из самых приятных моментов всегда становится коротенькое мгновение перед первым поцелуем. Тот самый миг когда может все пойти не так. Неумелый парень, неприятный запах изо рта, шершавые губы. Но если все складывается идеально, первый поцелуй вряд ли забудешь.
Эта папка была последней каплей. Я чувствовала, как подушечки пальцев горят от ярости, а в висках стучит «Нет. Хватит». Он снова швырнул её мне на стол, даже не взглянув, с тем пренебрежительным скосом губ, который я научилась читать как «ты никто, и твоё время ничего не стоит». «Переделать, Елена.
Я хотела, чтобы меня наполнили, но не просто наполнили, а растянули до отказа. Я хотела, чтобы мою киску раскрыли так сильно, что на восстановление ушел бы не один день, и я знала только одного, который сможет это сделать. Его звали Аллан, и он несчастлив в браке.
В то время моей подружкой была Лена театральный художник. Ее профессия не имеет прямого отношения к дальнейшему повествованию, но свидетельствует об ее принадлежности к богеме и… соответствующем настрое и практической подготовке.