Перечитал я тут свои мемуары, ознакомился с воспоминаниями и фантазиями других авторов — и подумал а почему мне так нравится именно анальный секс с женщинами? Почему не допускаю даже мысли о мужских жопах — это понятно слово «пидорас» в моих кругах всегда было самым страшным оскорблением. А
Коррин обняла его и нежно поцеловала в губы. Она почувствовала, как его язык скользнул по ее губам, прикоснулась к нему язычком, а затем он облизал ей весь рот, и она ответила ему тем же. Она застонала, когда Тим взял сосок и начал массировать грудь.
И так… вроде бы все приготовления окончены», — думала я, напоследок еще раз посмотрев на себя в зеркало. В нем отражалась симпатичная длинноволосая шатенка двадцати восьми лет в короткой юбке и открытой блузке.
Последнее время я смотрела криминальную хронику с особым интересом. В нашем городе происходило что-то ужасное, почти каждую неделю сообщали про очередное групповое изнасилование. Но, не смотря на всё растущее количество жертв, поймать эту парочку насильников не удавалось.
Я подошел к Надюшке, смахнул слезинки, гладил ее волосы и успокаивал чуть не плачущую от обиды и боли девушку, но даже в голову не приходило прекратить эту пытку. Мы вместе со Стасом помогли ей лечь на кровати набок, так и не вытащив из ее многострадальной попочки его член.
С моей милой Лилей мы прожили вместе много лет. Сейчас ей уже 34, но она по-прежнему очень эффектная женщина. Я бы даже сказал, что прошедшие годы только подчеркнули её женственность и красоту.
Возвращаясь в пятницу с работы, я даже не могла себе представить, как и чем закончится этот день. Приготовив ужин, я хотела позвонить мужу и узнать, когда его ждать с работы, но он позвонил первый. Честно говоря, мне не очень хотелось идти в гости, но муж настаивал, и пришлось согласиться.
В один из дней вы с Викой решили сходить на экскурсию по местным пещерам. Вы оплатили экскурсию и присоединились к группе. Группа состояла из нескольких пар постарше, нескольких девушек и парня проводника. На вас по случаю жары были одеты легкие платья.
Он подошёл сзади, будто бы боялся, что я увижу его лицо, хотя подобное предположение было почти невозможно, ведь я знала какой он, знала его натуру. Этот мужчина — настоящий камень.
Я не знаю, возможно что-то скрывалось во мне все эти годы или, может быть, все бабы действительно где-то в глубине души бляди. И некоторые раскрываются раньше, а кто-то, как я, только на пенсии. Жаль! Жаль, я столько лет оставалась такой недоступной. А ведь хороша собой. Жопа, сиськи — четвёрка.