Могу признаться и я кончал так, что забываешь на каком свете находишься. Вид того как твою жену вылизывает твоя бывшая любовница и ты её ещё ебёшь в зад. Просто непередаваемое ощущение. Всё оставшиеся время мы провели в постели прерываясь только поесть и восстановить силы.
И дальнейшие события стали лавинообразно нарастать, мне уже многое перестало нравиться в этих событиях и в поведении жены, но мой авторитет в глазах жены стал падать. Я утратил солидную долю моего влияния на жену. И она, что называется, пошла в разнос. Но обо всем по порядку.
Ира стояла у окна, теребя занавеску. Двор был серым, мокрым, как её жизнь. Ей было 37, и она ненавидела всё мужа Диму, его пьянки, эту квартиру. Дима, прораб с грубыми руками, вчера наорал на неё из-за холодного борща и вырубился на диване. А внизу, у мусорки, копошился Саня — сосед-бомж.
Все началось с того, что я сидела дома в уютной гостиной, где мягкий свет лампы отражался от стен, украшенных нашими с Мишей фотографиями.
Мы с Наташей женаты уже пять лет, и за это время наша жизнь в Саратове текла размеренно, как воды Волги в тихий летний день. Были у нас и радости, и мелкие ссоры — обычная семейная рутина, когда любовь переплетается с привычкой.
Тем временем Толик по кошачьи бесшумно запрыгнул на Ленины ноги придавив их, а руками перехватил руки жертвы. Лена слабо дернулась но под весом здорового мужика особо не разгуляешься. Саша, воспользовавшись освободившейся рукой, выданным полотенцем плотно завязал ее рот.
Со слов Миши, буду называть его так, впервые он обратил на меня внимание ещё до знакомства, увидел в одной рекламе, а потом, спустя пару недель, на закрытой вечеринке, где я с Анжелой выступали на сцене, отрабатывали свою эротическую… скорее уже порнографическую… программу.
Несколько часов спустя моё второе «я» забилось в легком ознобе похмельного головокружения, но вида не показало. Оно всегда вело себя спокойно и слегка саркастически.
Глава 4. Продолжение банкета. Утро наступило позднее обычного вчерашнее приключение требовало восстановления. Я, не открывая глаз, нежился под лучами солнца, падающими из приоткрытого окна, прислушиваясь к ветру и отголоскам моря, вдыхая тонкий, с оттенками смолянистой хвои, запах.
Закурили. Непринужденный разговор лился свободно, легко. Ее стали расспрашивать, чем занимается, кто муж и вообще о жизни. Она с удовольствием рассказывала о себе. Почему-то, хотелось рассказать им о себе. Незаметно начались вопросы о личном.