Ромка тут же подвинулся ближе и припал поцелуем к губам моей любимой супруги. Кажется, то, о чем я столько лет мечтал, вот-вот может случиться. Я взялся за своего торчащего колом малыша и начал легонько его подрачивать, боясь при этом хоть долю секунды пропустить из того, что происходило на нашем диване.
Ромка перенес свою ладонь на низ живота моей супруги, она с готовностью раздвинула ноги. Поскольку изголовье было в противоположной от лоджии стороне, мне все было прекрасно видно. Проведя пару раз вдоль мокрых от возбуждения половых губ Алечки, Ромка ввел внутрь два своих пальца. Жена моя дернулась, но тут же подалась навстречу наглому вторжению.
Ромка ублажал пальцами мою жену не больше пары минут, когда она напряглась всем телом и задрожала мелкой дрожью. После этого мой друг, лежа на боку, набросил ее длинную стройную ногу на себя и вытащив их широкой штанины армейских трусов свой напряженный член, взял его в руку и стал медленно водить вдоль половых губ. Да, Ромка знал, как можно доставить женщине наслаждение, изрядно помучив ее в ожидании нового оргазма. Мой друг водил головкой по самым краям набухших от возбуждения губ и при каждой попытке Алечки нанизаться на инструмент удовольствия, вовремя отодвигал таз, не давая ей заглотить своего воина жадным горячим влагалищем.
Эта сладкая пытка продолжалась несколько минут. И тут я решил вмешаться и не дать произойти супружеской измене, если не считать изменой то, что только что происходило на моих глазах. Я проскрипел балконной дверью, зашел на кухню, выпил воды, давая возможность распаленным страстью принять благопристойные позы, выключил свет, вошел в комнату и на ощупь приблизился к дивану. Моя Алечка лежала почти на самом краю спиной к Ромке, делая вид, что крепко спит. Я осторожно подвинул ее на середину дивана, лег с краю лицом к супруге и едва ощутимо прикоснулся к ее губам своими губами.
Она сделала вид, что проснулась:— Тебе лучше, милый?— Да, лучше, спи. Я выпил таблетку снотворного и сейчас тоже моментально засну.
Я знал, что Ромка должен будет продолжить начатое. Ну, не засыпать же ему неудовлетворенным! Да и жена моя наверняка хочет продолжения того, что было начато в тайне от меня.
Через пару минут я притворился спящим и даже для пущей верности начал слегка прихрапывать. Алечка нередко говорила, что я иногда бужу ее своим храпом, так что все должно было выглядеть очень правдоподобно, тем более, что я якобы принял снотворное.
И вскоре я почувствовал шевеление со стороны Ромки. Он повернулся на другой бок и по едва доносившимся звукам (не зря нас в спецназе учили чуть ли звериному чутью) я понял, что он снова начал гладить бедро моей супруги. И вот уже Алечка поднимает ногу, открывая доступ к пещерке. Мне слышно, как пальцы моего друга с легким чмоканием начинают входить и выходить из сладкой пещерки, я чувствую, как напрягается тело моей жены, как еще немного, и она шумно выдыхает мне в самое ухо свое возбужденное: «А-а-а-а!». После этого, видимо, Ромка вынул пальцы и начал пристраиваться, чтобы войти в жену друга сзади. Алечка оттопырила ему навстречу свою упругую попку и по медленным равномерным движениям, я понял, что Ромкин воин пошел в атаку и принят с благодарностью.
И хоть меня чуть не начала бить дрожь от перевозбуждения, я изо всех сил старался сдерживаться, чтобы дослушать действо до конца. Я бы с огромным удовольствием посмотрел на это со стороны, но уже был премного благодарен судьбе и за этот подарок. Тем более, что моя жена снова получила сильный оргазм и вполголоса застонала. То ли она была слишком пьяна, то ли слишком возбуждена, но вслед за этим протяжным стоном она откинулась на спину, забросив при этом ногу на Ромку, и не выпуская из сладкой пещерки его воина, тут же заметалась в новом приступе апогея наслаждения.
Все! Я Тоже больше не смог сдерживаться! Я встал с дивана, нагнулся и приставил своего вот-вот готового взорваться бойца к испускающим стоны губам моей милой супруги. Она радостно захватила головку губами, тут же взялась за бойца ладошкой и начала страстно засасывать его на всю длину, заглушая этим свои громкие стоны.
Кончили мы с Ромкой, похоже, в один и тот же момент.
Утром нас разбудил предварительно поставленный на 5 часов будильник. Нам бы продолжить начатое ночью, тем более, что хотелось этого всем, но нас с Ромкой ждали в казармах его откомандированные на борьбу с угрожающим гарнизону пожаром солдаты, а моей милой Алечке надо было готовить документы для внезапно нагрянувшей проверки. Но нас ждал вечер, который обязательно должен был принести новые наслаждения.