Мои съемки за границей длились очень долго. Подруга постоянно вызванивала, прося перечислить ей денег, да и ненасытный грузин, старался вычислить меня, поджидая около входа в салон. Все бы ничего, да вот охрана моя не справлялась.
Ты слышишь, как открывается входная дверь. С кухни доносится голос мужа — Лера, у нас гость. Ты не против, если Влад останется на ночь? Ты знаешь Влада — он старый друг твоего мужа, почти семья. Стройный, высокий, с глазами, в которых всегда есть что-то хищное.
Сэр Элдрик был воплощением рыцарской доблести на турнирном поле, где воздух был густ от запаха пота, конского мыла и раскаленного металла. Его доспехи, отполированные до зеркального блеска оруженосцем, сверкали на солнце, а копье било без промаха.
За изгородью меня встретили сумерки. В деревне вечер еще только начался, а здесь, у самого леса, почти подступила ночь. Солнце укатилось за горизонт, а луна так и не вышла темные облака затянули небо с той стороны.
Стою возле большой алой стены, она используется для съемок разных клипов. Но если бы вы знали, как она возбуждает. Блондинка, 172 роста, и шпильки на ножках, короткое алое платье, все кружевное, волосы распущены, плавно стекают по плечам, волнующе, прикрывая личико, когда смотрю на свои босоножки.
После того как Серж уехал, мои родители оставили ему свои номера телефонов, позвонив на домашний, и согласились на то, чтобы тот приезжал к нам чаще раза в месяц. Парень не перезвонил и мне ничего не ответил по этому поводу, но как вернулся домой, к себе на родину, пообещал вскоре приехать обратно.
Москва в октябре пахла мокрым асфальтом и дымом от уличных каштанов, которые жарили бабушки у метро. Анна шла по Тверской, ее каблуки стучали по плитке, как метроном, отсчитывающий время до следующего кастинга.
Лес дышал тишиной. Солнце сквозь высокие сосны роняло золотые пятна на мох и влажную землю. Воздух был густым, смолистым, пьянящим. Артур шагал по узкой тропинке, чувствуя, как мягко пружинит под ногами подстилка из хвои.
Ковер в гостиной был таким же, как и я сминаемым, безмолвным свидетелем. Я сидел в кресле, и кожаный подлокотник был холодным даже сквозь хлопок пижамных штанов. Он вошел в наш дом, как будто всегда здесь был. Не какой-то там мачо из порно, нет.
Эли провела восемнадцать дней рождений в относительной радости. А перед девятнадцатым ее ждал особый «сюрприз» — у ее отца должна была родиться дочка. Поэтому на ее день рождения отец позвал ее куда-то в секретное место и завязал ей глаза.